Шрифт в печатном издании

Что означает Шрифт в печатном издании и что это такое? В разделе Издательское дело и полиграфия дан подробный ответ и объяснение на вопрос.

Здесь выложено готовое сочинение на тему Шрифт в печатном издании, которое вы так же можете использовать как реферат.

Эту, поверенную нами работу, вы можете скачать бесплатно перейдя по ссылке, но если вам необходима другая готовая работа по данному предмету, например реферат или изложение, доклад, лекция, проект, презентация, эссе, краткое описание, биография писателя, ученого или другой знаменитости, контрольная, самостоятельная, курсовая, экзаменационная, дипломная или любая другая работа, с вашими индивидуальными требованиями, напишите нам и мы договоримся.

Наша небольшая команда бывших и действующих преподавателей и авторов со стажем работы от 5-ти лет всегда вам поможет. Всего нами написано и проверено более 10 000 различных работ на образовательные темы. С нами вы получите действительно качестенный материал с уникальным текстом и обязательно хорошую оценку. Удачи в учебе!

Г. М. Барышников, художник-шрифтовик

Даже неискушенному читателю ясно, что нельзя использовать в наборе стихотворных произведений шрифты, которыми набираются газеты или словари, а в газетах или словарных изданиях - шрифт для набора искусствоведческой литературы, так же, как в детских изданиях - шрифты для рекламы и акциденции.

Шрифт недаром считается одним из важнейших средств художественного оформления любой печатной продукции. При выборе шрифта для набора любого типа издания профессиональный издатель прежде всего учитывает его функциональные и художественно- эстетические особенности, а также удобочитаемость и психофизиологию восприятия. Один шрифт разработан специально для длительного чтения, и им набираются книги. Другой - для энциклопедий и словарей, и ни в каком другом типе издания, в силу характера своего рисунка, расположения знака на кегельной площадке и его очка, не может быть использован. Третий, изначально созданный для набора букварей, учебников младших классов и детской литературы, непригоден для применения в газетах или журналах. Но всегда ли это происходит не самом деле?

Наверное, каждому доводилось неоднократно сталкиваться с таким явлением, когда интересная по своему содержанию книга читается с трудом. Вы испытываете какой-то дискомфорт, с нарастающим раздражением, спотыкаясь на каждой строке, с трудом одолеваете очередную страницу и не понимаете, отчего не получается осилить всего 10-12 страниц за раз. Массовый читатель, не искушенный в издательском деле, не может понять, почему это происходит. Да и не всякий полиграфист сразу поймет, в чем дело.

Со мной это случалось несколько раз. Впервые это произошло, когда в руки попал современный переводной роман американского писателя Роберта Сильвестра "Вторая древнейшая профессия". Обычно интересная книга читается легко, как говорится взахлеб, но в этот раз более нескольких страниц подряд осилить не удавалось. Только после нескольких попыток внимание случайно сконцентрировалось на шрифте, которым был набран текст, и все стало ясно: в наборе была использована Банниковская гарнитура - шрифт, созданный на основе русских гражданских шрифтов XVIII-XIXвеков и предназначенный для набора произведений русской классической литературы. Если бы этой гарнитурой была набрана "Барышня-крестьянка" А.С. Пушкина или "Темные аллеи" И.А. Бунина, то данный шрифт придал бы им национальный колорит и стал одним из основных средств художественного оформления этих произведений. В современном романе из жизни американских журналистов-газетчиков он воспринимался как нечто чужеродное, отрицательно влияя на восприятие его содержания. Затем с подобным казусом пришлось столкнуться в первом издании "Путешествия на Кон-Тики" Тура Хейердала и еще в ряде других книг разных издательств.Почему же возможны такие ляпсусы? Есть, пожалуй, два объяснения такому неправомерному использованию шрифтов. Во-первых, когда появляется новый оригинальный и привлекательный шрифт, у издателя возникает соблазн использовать его немедленно, одним из первых. А во-вторых, что более вероятно, из-за отсутствия элементарной шрифтовой культуры и эстетического вкуса.

Существует еще одна причина, но совершенно иного свойства. Во времена, когда шрифтовой ассортимент, имевшийся в распоряжении издателей, был чрезвычайно беден и не предоставлял большого выбора, предпринимались попытки придать некую универсальность какому-то одному шрифту. Например, в довоенные и первые послевоенные годы (30-50 гг. ХХ века) такая искусственная универсальность была присуща Литературной гарнитуре. Ею набирались практически все книжные издания. Благодаря высокой укомплектованности знаками национальных алфавитов русско-латинской письменности, она применялась при наборе произведений русской классической и современной литературы, национальных писателей республик бывшего СССР, зарубежных авторов, школьных учебников и книг для детей. Особняком стояли две гарнитуры, имевшие жесткую привязку к определенным типам изданий. Это Обыкновенная новая гарнитура, которая была разработана в предвоенные годы специально для набора 3-го издания собрания сочинений В.И. Ленина, и Академическая гарнитура для набора академических изданий.

Даже в настоящее время существует какое-то странное и необъяснимое пристрастие к использованию тех или иных шрифтов у части отечественных издателей. Это можно проследить на протяжении двух-трех последних десятилетий. Так, с появлением русифицированного и модернизированного варианта гарнитуры Таймс, разработанной в начале 30-х годов прошлого века для набора лондонской газеты одноименного названия, чуть ли ни каждое второе массовое издание в нашей стране стало набираться этим шрифтом. Даже детская энциклопедия "Что такое. Кто такой" или "Приключения Карандаша и Самоделкина" Ю. Постнова для младших школьников набрано все той же Таймс. Несколько позже возникло очередное, чуть ли ни поголовное увлечение шрифтом рубленого типа, и гарнитуры Футура и Гельветика начинают фигурировать во многих изданиях, от книг до журналов и газет.

С широким внедрением в наборный процесс компьютерной техники не такая уж, за редким исключением, высокая культура шрифтового оформления печатанных изданий упала еще ниже. Шрифт в значительной степени перестал быть одним из важнейших элементов художественного оформления полиграфической продукции и постепенно стал превращаться в заурядный носитель информации. Если во времена металлического набора появление каждой новой гарнитуры напрямую зависело от выпуска соответствующего комплекта матриц, то с переходом на современную технику и цифровое представление шрифта сложилась совершенно иная ситуация. На рынке появилось большое количество разнообразных шрифтов как отечественного, так и зарубежного производства, предоставляющих издателям широкий выбор в их использовании. И одновременно совершенно перестало действовать правило использования шрифтов применительно к конкретному типу изданий. В связи с этим невольно хочется помянуть добрым словом отмененный с 1 июля 2003 года ГОСТ на типографские шрифты, в котором содержались рекомендации по использованию каждой гарнитуры, включенной в него, по прямому назначению.

В результате это привело к тому, что все огромное количество книжной продукции, как отечественной, так и переводной, независимо от того, каким издательством выпущено то или иное произведение, отличается друг от друга только внешним оформлением, а внутри - почти полное однообразие от использования весьма ограниченного ассортимента шрифтов. Вся разница в том, что, например, издательство "Эксмо", как и многие другие, облюбовало гарнитуру Таймс, а "Издательство Альфа-книга" всю книжную продукцию набирает гарнитурой "Ньютон", разработанной на основе все той же Таймс. Издательство "Азбука" (Санкт-Петербург) использует гарнитуру Джорнел, более подходящую для набора периодики, а не литературы, предназначенной для длительного чтения. И о каком профессионализме тут можно говорить? Правда, объективности ради следует отметить, что в последних выпущенных книгах издательство "Эксмо" перешло на применении гарнитуры Балтика, более подходящей для набора книг, нежели гарнитура Таймс, а это уже первый шаг в нужном направлении.

В качестве профессионального подхода к шрифтовому оформлению своих изданий можно привести пример из практики издательства "Художественная литература". В конце 80-х годов прошедшего века издательство предложило отделу наборных шрифтов ВНИИ полиграфмаша разработать комплекс шрифтов, новых и оригинальных, для набора произведений русской классической и современной литературы, для западной классики и современной переводной литературы. К сожалению, начавшаяся приватизация и переход на рыночные отношения не позволили осуществить это начинание.

В заключение необходимо отметить, что в профессионально разработанных шрифтах, в том числе и для книжного набора, за счет оптимального выбора величины очка знаков и его свисающих элементов, положения линии шрифта (условной визуальной линии, на которой стоят все знаки в строке), величины верхних и нижних пробелов от свисающих элементов знака до краев кегельной площадки уже заложен интерлиньяж и межбуквенные пробелы. То есть на этапе проектирования в них закладываются все требования, влияющие на плотность полосы набора, экономичность и оптимальное восприятие текста в каждом конкретном типе издания, т.е. удобочитаемость. Одним словом, уже на этапе проектирования шрифта его рисунок привязывается к определенному типу издания, а зачастую - и к содержанию набираемого им произведения.

Подобные материалы

Феномен популярности бульварной прессы
Бульварная пресса как особый тип печатной продукции относительно новое явление на российском
Теория и практика: Полиграфическая кухня и цветовые рецепты успеха
Полиграфическая индустрия активно развивается и предлагает сегодня своим клиентам все больше новых
Эффектные пигменты — новые возможности для упаковки
Дизайн упаковки позиционирует торговую марку и предвосхищает впечатление от продукта. Упаковка
Современные газетные жанры
Информационные жанры журналистики. Аналитические жанры журналистики. Художественно-публицистические
Управление цветом
Отсутствие в профильной технологии звеньев, анализирующих сюжет по критериям восприятия,